Ю.Е. Березкин, Е.Н. Дувакин

Тематическая классификация и распределение фольклорно-мифологических мотивов по ареалам

Аналитический каталог

Введение
Библиография
Этносы и ареалы

B94. Деревья утрачивают дар речи. .17.21.27.28.31.35.61.

Деревья (и животные) раньше разговаривали, просили их не рубить и не убивать.

Сокотра, ренгма нага, словенцы, русские, эстонцы, ливы, латыши, литовцы, кеты, юги, напо (или канело).

Передняя Азия. Сокотра [козы, овцы, коровы, деревья и камни умели говорить; человек не мог зарезать козу, она начинала плакать и жаловаться; «добрый ангел Дихёко» попросил того, «кто лишил дара речи камни и деревья» сделать то же с животными; с тех пор только человек разговаривает]: Наумкин и др. 2014, № 21: 8.

Северо-Восток Индии. Ренгма нага [сперва все существа не умирали и разговаривали; животные просили их не убивать, деревья просили их не рубить, численность всех существ достигла предела; тогда бог оставил дар речи лишь собаке и человеку; собаки рассказывали охотникам, где прячется дичь, животные оказались перед угрозой уничтожения; бог велел вытянуть морду собаке, лишив способности говорить]: Mills 1937: 268-269.

Балканы. Словенцы: Šmitek 2013: 147 [раньше деревья просили их не рубить, все вещи разговаривали; когда пришел Господь, это прекратилось], 148 [раньше растения разговаривали; когда человек шел по лесу или по полю, к нему обращались, каждая трава хвалила себя; однажды чертополох стал говорить, какие средства хороши от поноса; остальные стали над ним смеяться; Богу это надоело, он лишил растения способности говорить].

Средняя Европа. Русские (Нижегородская) [баба послала деда нарубить дров; липа просит ее нарубить – будут дрова; дома наколотые дрова; затем старуха посылает к липе за хлебом, затем за деньгами; затем хочет, чтобы их все боялись; стала медведицей и убежала в лес, старик за ней – стал медведем]: Белова, Кабакова 2014, № 139: 108-109; русские (Олонецкая): Белова, Кабакова 2014, № 140 [баба послала деда нарубить дров; липа просит ее нарубить – будут дрова; дома наколотые дрова; затем старуха посылает к липе за хлебом; затем хочет, чтобы их все боялись; старик вернулся, на пороге споткнулся и стал медведем; старуха тоже споткнулась, стала медведицей; от них происходят медведи], 141 [примерно как в (140); старик хочет рубить липу, чтобы продать и купить хлеба]: 109, 109-110; русские (Москва) [бобыль стал рубить липу; та предложила исполнить его желание; он попросил хозяйство, затем жену, затем пост старосты, чиновника, губернатора; когда хочет быть царем, липа превращает его и жену в медведей]: Худяков 1860 в Белова, Кабакова 2014, № 142: 110-112; (другие односюжетные русские варианты №№ 143-145: 113-116).

Балтоскандия. Эстонцы: Järv 2016: 49-50 (Тарвасту) [примерно как в Kreutzwald], 51-52 (Рыуге) [береза, ель, осина, дуб просят человека их не рубить; тот не рубит; за доброту к его детям старичок дарит ему прут, который побьет, кого нужно; дома жена ругает мужа, почему вернулся без дров; муж велел пруту ее побить], 53-54 (Тыстамаа) [дерево просит человека его не рубить, обещает откупиться; человек хочет, чтобы дома все амбары и сундуки были полны; человек снова приходит, хочет стать старшим уезда; помещиком; князем; когда хочет стать королем, дерево отвечает, что это слишком и превращает его самого в дерево; когда деревья скрипят, это старик плачет, жалея о своем безрассудстве (nutab oma uhkust)]; Kreutzwald в Talvet 1991 [береза просит лесоруба не рубить ее, ибо она еще молода, у нее дети; то же затем деревья всех видов; старик в корьевой одежде благодарит за жалость к его детям, обещает, что у него ни в чем не будет недостатка, но он, его жена, дети не должны желать слишком многого; дает золотой прут, им надо помахать над муравейником, ульем, у дерева и пр., все будет; по возвращении мужа жена стала его ругать, он вызвал прутья, те побили ее; семья зажила богато; но один из потомков пожелал, чтобы солнце спустилось погреть ему спину; солнце спустилось, сожгло его и весь дом; деревья от жара испугались и больше не разговаривают]: 156-164 (=Põder, Tanner 2000: 92-98); Dähnhard 1907 (Хаапсалу) [Ель просит крестьянина ее не рубить, разве не видит он слезы у нее на коре; Пихта говорит, что с нее мало пользы, у нее одни сучья; Осина: моя кровь запачкает твой топор; крестьянин пошел домой, навстречу Иисус, спросил, чем тот озабочен; послал назад в лес, сказал, что отныне деревья будут молчать]: 221-222; ливы [3 вар.; раньше каждое дерево просило, чтобы его не рубили, отсылало к другому; Бог сделал деревья немыми]: Loorits 2000(4): 161-162; латыши: Бривземниакс 1887, № 39 [раньше деревья просили их не рубить, предлагали рубить другое, которое не кривое; надо было быть вовсе жестокосердным, ибо из срубленного дерева текла кровь, как из живого существа; к войне деревья перегибались через дороги]: 43; Dähnhard 1907 [1) раньше деревья разговаривали; когда человек собирался рубить дерево, оно предлагало ему идти рубить какое-нибудь кривое; Бог запретил деревьям говорить, т.к. человеку нужна древесина; 2) деревья стали просить человека не рубить их; он пошел к липе, та обещала сделать его помещиком; затем королем; на третий раз он попросил сделать его Богом; Липа велела ему стать на четвереньки и сделала медведем; после этого Бог запретил деревьям разговаривать]: 222; литовцы [деревья просили, чтобы их не рубили; Бог лиил деревья способности говорить, чтобы люди могли их рубить]: Кербелите 2000: 78.

Западная Сибирь. Кеты [как только человек заносит в лесу топор, чтобы срубить дерево, оно просит его пощадить; человек велит, чтобы впредь люди не слышали голоса деревьев; деревья стали безмолвными]: Дульзон 1969, № 68: 211; юги [как в Дульзон 1969, № 68 у кетов]: Werner 1997, № 28: 282-285.

Западная Амазония. Напо (или канело) [сперва деревья начинали говорить, когда их рубили, плакали, из них текла кровь; Богу это надоело, он это прекратил]: Ortíz de Villalba 1989, № 79: 146.