Ю.Е. Березкин, Е.Н. Дувакин

Тематическая классификация и распределение фольклорно-мифологических мотивов по ареалам

Аналитический каталог

Введение
Библиография
Этносы и ареалы

M108. Трикстер увозит имущество. .35.-.37.

Персонаж вызывается помочь перевезти через реку имущество или провизию и угоняет лодку вместе с поклажей.

Ненцы (Ямал, Таймыр) [Ëмбу, Ембо], ненцы (европейские) [лиса], энцы [Дëа], нганасаны [Дяйку], долганы ["одинокий пес Лаайку"], туруханские эвенки [лиса], иркутские эвенки [лиса], негидальцы [лиса; Дан-дритти].

Западная Сибирь. Ненцы: Лар 2001 (Ямал) [жена не велит Ëмбу оправляться с лодки в реку, тот не слушает; вся рыба в лодке и в доме оживает, прыгает назад в воду; Ë. хватает последнюю баночку с икрой; говорит, что умрет, велит покрыть его ветками, оставить с ним баночку; с Ë. и его женой жил человек с собачьим задом; осенью он видит, как Ë. ест икру, приговаривая, что всех обманул; человек с собачьим задом договаривается со старухой бежать к могиле Ë., якобы, от черта; Ë. в испуге кричит; уходит; приходит к старику и старухе, превращается в младенца, заползает старухе под подол; старики усыновляют его, через три дня он вырастает; велит зарезать последнего бычка поесть печень; нагрузить мясо в лодку; обрезает веревку, уплывает с мясом; видит черта, превращается в щуку, черт глотает ее, Ë. царапает его изнутри, черт выпускает щуку из зада; гонится за Ë., тот убивает его ножом; Ë. копает могилу шамана, с трудом убегает от скелета; писает в реку, щука хватает его за пенис, он отрывает ее вместе с пенисом, бросает в воду; человек обещает отдать дочь за того, кто его рассмешит; Ë. рассказывает свою историю, смешит, получает жену; пригоняет 300 оленей старикам, которых обманул; вернулся к старой жене, снял шкуру с человека с собачьим задом, под ней оказался красивый юноша; Ë. отдал ему молодую жену, рассказал, что полусобакой его сделал черт, которого он теперь убил; Ë. попросил забить для него оленя, поел мяса, выпил крови, превратился в сядэя (идола)]: 273-277; Ненянг 1997 (таймырские) [у бездетных стариков один олень; Ембо ("плут") превращается в младенца, старуха его подбирает, старик подозревает, что это может быть Е.; Е. охотится для стариков; затем говорит, что заболел, велит зарезать оленя; при переезде велит погрузить все ценное в долбленку, продырявливает большую лодку, уплывает с имуществом, старики тонут]: 151-154; Терещенко 1949 {видимо, европейские ненцы: муж Терещенко ­– ненец из села Тельвисочное} [старик и старуха Росомахи готовятся переправиться на другой берег; старик сделал лодку, устал, заснул; Лиса предложила старухе переправить имущество, уплыла вместе с ним; Дятел обещал помочь, попросил Лису подвезти его, проделал в днище отверстие; пока Лиса искала смолу, заткнул его прутиком, уплыл назад к старухе; та сшила ему красивую одежду из замши (расцветка дятла), а старик выковал крепкий клюв]: 135-138; энцы [Дëа прячется у чума; когда старушка выходит, хватает за руку, велит крикнуть мужу, что она родила ребенка; превращается в младенца; подрастает; просит отца забить большого оленя; перекочевать на другое место, положить мясо и юколу в лодку; он перевезет их на другой берег, вернется за родителями; уплывая кричит, что он не их сын, а Д.]: Поротова 1982: 153-154; нганасаны: архив МАЭ РАН, Оп.2 Д.992, Ф.К-I; передала М. Момзикова [1) 1973, Демниме Костеркин, Усть-Авам (?), Горбачева и Чесноков; Бежит Дяйкю (Д.), видит гора. Поднялся на сопку. Видит чумы. Пошёл к чумам. Нашёл лопатку оленя. Подобрал её. Набрал снегу. Прилепил к лопатке, разбил нос, намазал снег на лопатку, получилось как кусок мяса. Пошел к чумам. Зашел в чум. Старушка в чуме собирается варить мясо. В котле вода кипит. Д.: “Я чужого мяса не ем. Пусть старушка сварит мое мясо”. Старушка бросила в котел мясо. Вскоре мясо сварилось. Старушка стала вытаскивать мясо, а там одна кость – лопатка. Д.: “Ваш котел моё мясо съел”. Ему дали новый кусок мяса. Потом он пошёл, набил оленей. Пришел и говорит: “Я убил много оленей. Пойдите, запрягайте оленей в санки, поезжайте за оленями”. Люди поехали, ничего не нашли; 2) Записал Момде Александр Челеевич в 1982 году от стариков-оленеводов, п. Волочанка; Жил, говорят, в давние времена парень Дяйкю со своей бабушкой, имел лук из ребра оленя и стрелы с железными наконечниками, ходил на охоту и добывал много куропаток, рыбачил на лодке из коры дерева. Однажды говорит своей бабушке: “Плохо нам жить без оленей. Надо добыть оленей у соседей дюдюру. Пойдем к ним”. Д. сделал на санях навес, посадил под навес бабушку, запрягся в сани и потащил их, остановился в тундре. Д.: “Тут остановимся. Дальше я пойду один, а ты оставайся здесь. Никуда не уходи. Возьми нож и возле горла в одежду воткни его и так сиди. Когда прибудут люди, пусть подумают, что ты умерла”. Бабушка воткнула возле горла в одежду нож и так с опрокинутой головой села сидеть. Д. закрыл бабушку пологом, пошел к стойбищу. Вошел в средний чум, там много людей-дюдюру. Хозяин чума: “Откуда гость? Кто такой?” Д.: «Хожу со своей бабушкой по тундре, живу охотой, ни в чем не нуждаюсь». Все дюдюру обрадовались, спрашивают его: “О, Дяйкю! О тебе по всей тундре говорят! Где твоя бабушка? Почему ты оставил свою бабушку?” “Оставил тут недалеко, в балочке. Она не любит по гостям ходить. Но она без дела не сидит. Она шьет мне новую одежду”. Девушка: “Надо ее позвать в чум”. Д. двум девушкам-дюдюру: “Будьте осторожны! Бабушка под пологом сидит. Она у меня пугливая и от испуга может себя ножом зарезать”. Девушки-дюдюру гурьбой побежали к саням Дяйкю. Открыли полог: бабушка сидит с ножом в горле. Они испугались девушки, прибежали и говорят Д.: “Твоя бабушка от испуга зарезала себя ножом! Не губи нас, Д.! Скажи, чем нам откупиться?” Д. заплакал: “Ой, как буду жить без бабушки! Погубили мою бабушку, обидели меня! Уйду от вас в тундру свежее мясо добуду”. И он пошел в тундру, увидел покинутое стойбище, нашел там обглоданную оленью лопатку, собрал забрызганный кровью снег, налепил – получилась лопатка с мясом. С этой лопаткой вернулся в стойбище дюдюру: “Убил много оленей. Завтра соберу. Немного на ужин принес. Положите эту лопатку в котел и сварите. Я буду есть свое мясо”. Хозяйка-дюдюру принесенную оленью лопатку бросила в котел, где варилось мясо. Вот пришло время вытаскивать из котла мясо. Хозяйка вытащила все мясо и чистую, без единого куска мяса лопатку. Д. увидел голую кость, рассердился: “К каким людям я пришел? Убили мою бабушку! Ваш котел съел мое мясо! Бог вас накажет!” Дюдюру попадали на колени: “Д., не губи нас! Проси, что хочешь! Д.: “Давайте мне пятьдесят оленей и я уйду от вас. Один пойду хоронить свою бабушку”. Дюдюру поймали пятьдесят оленей, запрягли их в лучшие упряжки, проводили Д., приехал к бабушке, хохочет: “Ой, как я обманул дюдюру! Теперь поедем на наши летние места”. Всю зиму Д. с бабушкой аргишили и к лету на берег большой реки прибыли, чум поставили. Как-то утром Д. говорит бабушке: “По реке на лодке поплыву”. Сел в лодку из коры дерева. Через три поворота реки навстречу человек в лодке. Остановился посреди реки и спрашивает: “Откуда плывешь? Как тебя зовут? Хочешь есть?” – “Я – Д., живу с бабушкой, недалеко отсюда мой чум на берегу стоит. А где мы есть будем?” – “О, слышал о тебе! Здесь будем есть”. Человек показал на воду, наклонился и что-то шепнул. Вода возле лодки забурлила и выплыл стол с разной едой и двумя чашками горячего чая. Незнакомый человек и Д. поели, напились горячего чая. После этого Д. сказал человеку: “Спасибо за угощение. Завтра приходи ко мне в гости”. Д. вернулся домой и рассказал бабушке, как незнакомый человек угощал его на воде едой и горячим чаем. Утром Д. бабушке: “Я того человека на сегодня в гости пригласил. Тоже на воде буду угощать. Тебя и стол опущу в воду, а как приплывем туда и я скажу: "Бабушка, подавай!" — ты выходи из воды со столом”. Бабушка согласно закивала головой, а сама думает: “Лучше потонуть, чем с таким непутевым внуком жить”. Д. привязал к бабушке камень и со столом опустил в воду недалеко от берега. В полдень к стойбищу приплыл гость. Д. встретил его: “Ты меня на воде угощал. И я тебя на воде угощу”. Д. с человеком-гостем приплыли к тому месту, где была потоплена бабушка со столом, наклонился к воде и громко позвал: “Бабушка, подавай!” Но вода не забурлила и бабушка не выплыла. Д. еще раз крикнул, а потом еще раз, но не было ни бабушки, ни стола. Долго кричал бедный Д., так долго, что он голос потерял. Гость ждал-ждал угощения да и уплыл в свою сторону. А Д. взял шест и начал им по дну водить, только к вечеру вытащил мертвую бабушку и очень удивился, что она не захотела жить. Похоронил Д. бабушку, погоревал и решил на другой берег переплыть, людей там поискать. Переплыл на лодке реку, дальше пешком пошел. Идет и видит: впереди пень. Он пнул этот пень — нога прилипла. Ударил второй ногой — и вторая прилипла. Уперся руками — руки прилипли. Вечером пришел Сигиэ-людоед: “Ха-ха! Наследственный мой капкан без добычи не бывает!” Оторвал Д. от пня и под мышкой домой понес, дома повесил на крюк возле огня, лег спать. Д. висел, от огня его разморило, он захотел помочиться. Людоедиха увидела и говорит: “Зачем у огня повесил? Весь очаг зальет!” Сняла Д. и положила на землю. Весь день он лежал там, боясь пошевелиться и ожидая, когда Сигиэ-людоед проснется и начнет его варить в большом котле. Вечером людоедиха пошла на улицу. Только она села, Д. подбежал, под ноги ей упал и голосом ребенка-младенца заплакал. Людоедиха испугалась, зовет старого людоеда: “Выходи быстрей! У нас ребенок родился! Подушку неси!” Сигиэ-людоед вышел и ворчит: “В наши годы какие могут быть дети?” Ребенка занесли в чум, запеленали и сидят радуются. Через день Д. говорит голосом младенца: “Идя! (Папа!) Разреши мне говорить!” – “Нет, рано тебе говорить. Губы порвешь». – “Почему единственному сыну говорить не разрешаешь! У тебя даже немого ребенка больше не будет!” – вступилась за Д. людоедиха. “Ладно, пусть говорит”. Еще через день Д. опять: “Папа, я хочу ходить!” “Нет, тебе еще рано. Ножки сломаешь”. Людоедиха: “Почему ты не разрешаешь ходить единственному сыну! Ведь у тебя никогда больше не будет даже хромого ребенка!” – “Ладно, ходи, только осторожно”. Д. встал и начал бегать. Сперва бегал по чуму, а потом на улицу выбежал. На улице увидел, что людоед имеет много оленей и большой запас продуктов. На третий день Д. говорит С.: “Папа, давай зарежем передового оленя. Я мяса хочу”. – “Зачем резать хорошего оленя?” Людоедиха: “Почему не хочешь зарезать хорошего оленя! Ведь у тебя больше не будет даже тощего ребенка!”– “Ладно, зарежь». Д. зарезал оленя, освежевал: “Давай перевезу мясо на другой берег. Потом буду каждый день привозить вам свежее мясо”. – “Зачем перевозить? Можешь на лодке перевернуться и утонуть”. Людоедиха: “Почему перечишь единственному сыну! Ведь у тебя больше не будет другого ребенка!” – Людоед: “Ладно”. Д. загрузил в лодку все мясо и поплыл на другой берег. Переправившись, выгрузил мясо, продырявил лодку и потопил ее, стал кричать людоеду-Сигиэ: “Никакой я не сын вам! Я – Д.! Навсегда оставляю вас! Живите вдвоем!” Взял сколько мог мяса и пошел, не оглядываясь к своему чуму. Жил ни о чем не заботясь, пока все мясо не съел, а когда мяса не осталось, пошел искать новые стойбища и других людей-дюдюру]; Поротова 1980 [Дяйку ударил пень, кулак прилип, затем нога и т.д.; старик принес его домой, сказал жене, что в капкан попался песец; пока старика не было, а старуха вышла во двор, Д. соскочил с перекладины, стал младенцем, зашел старухе под подол; просит зарезать единственного оленя, старуха велит мужу разрешить, ведь это их единственный сын; Д. грузит мясо в лодку, уплывает, кричит, что он не их сын, а Д.; в другом месте дырявит лодку, в которой должны плыть три сына старшины, замазывает дыру глиной, сыновья тонут; Д. возвращается к матери, рассказывает, как обманул старика, утопил людей]: 21-24; долганы [одинокий пес Лаайку увидел Джигэ-баба, превратился в ребенка, та решила, что родила; Л. попросил мяса, старики забили их единственного оленя; попросил переселиться на другой берег реки, покататься одному в лодке; уплыл, крикнув, что он Лаайку; князек обещает выдать дочь за отгадавшего загадку; Л. ложится в траву, дочь князька спотыкается о него, говорит подруге, что если бы вышла замуж, не таскала бы воду; что у отца есть покрышка для вьюка из шкур семи вшей; Л. отгадывает соответствующую загадку, женится]: Ефремов 2000, № 17: 277-281.

Восточная Сибирь. Туруханские эвенки (Оскоба, верховья Подкаменной Тунгуски, зап. в 1924 г.) [бабушка Росомаха ждет своего старика; Лиса предлагает перевезти все ее имущество через реку, увозит его; узнав об этом, Дятел просит Лису взять его в лодку, делает дыру, велит вытаскивать имущество на берег; Лиса уходит за смолой чинить лодку; Дятел затыкает дыру палочкой, привозит имущество Росомахе; та сделала Дятлу красивую шапку и обувь, старик сковал крепкий клюв]: Ошаров 1936a: 36-36 (перепеч. в Воскобойников, Меновщиков 1951: 167-169); эвенки (Иркутская область) [Лиса предлагает быть у стариков дочерью; старик дает ей пасти корову, она ее загрызла; старик кричит жене, Держи Лису!; та плохо слышит, Лиса говорит, что старик велел дать ей сумку с салом; садится в лодку, уплывает с сумкой; Дятел обещает догнать Лису; просит ее переправить его через реку, продырявливает лодку; Лиса посылает его за смолой, он приносит сучки; идет сама, Дятел смолит лодку, уплывает, возвращает старикам имущество; старик сковал ему клюв, старуха сшила красную шапочку; он сел на сучок, распорол себе живот, старуха его зашила, он остался красным]: Воскобойников 1960a, № 2: 41-42.

Амур - Сахалин. Негидальцы [Лиса делает себе глаза из темной брусники, превращается в маленького мальчика; старик находит его, усыновляет, хотя старуха подозревает обман; подросший мальчик просит погрузить добро в лодку, дать ему погрести, уплывает со всем имуществом]: Хасанова, Певнов 2003, № 68: 135-136; (ср. негидальцы [в оморочке подплывает Дан-дриттип, спрашивает девушку, по серебряной или земляной тропинке подняться; серебряную или простую трубку курить; девушка: по любой, любую; он поднялся по земляной, закурил простую трубку; взяв девушку в жены, грузит ее приданое, а серебряную доску для рукоделья под нары бросает; спрашивает: где же доска; девушка за ней возвращается, а Д. уплывает со всем имуществом; девушка плачет; Д. встретил дятла, тот (незаметно) пробил его оморочку; Д. приносит смолы; дятел хорошую прячет, плохую показывает, посылает Д. за хорошей; починил оморочку, приплыл к девушке, вернув ей имущество; она благодарит – в когти иголку, на маковку красного шелку]: Цинциус 1982, № 27: 143-144).