дикое детство и культурная
юность
Почти песни невинности и песни опыта. До 15 лет существование
сосредоточено было слева от дома, где я жила тогда. Вернее -
если по карте - к северу. Там был детский сад, школа, бассейн,
"желтый двор", крыши гаражей и свалки, там были стадионы,
рядом с которыми жили мои друзья, там я каталась на роликах
и велосипеде, играла с мальчишками в мушкетеров (какие славные
были мальчишки, толком ничего, кроме Дюма, не читавшие и жившие
в диких почти бараках - длинных домах на Морском проспекте,
но честные и ужасно трогательные), там действовала наша бандитская
организация (придуманная мной, по-моему, после "Гостьи
из будущего"). Наша квартира с папиной библиотекой и "подлинником
Пикассо" на стене была отдельным миром, замкнутым и странным
- особенно когда в него врывались (а они постоянно врывались)
мои друзья. Каждый из приходящих, обводя ошалевшим взглядом
книжные стены (именно стены, а не стеллажи даже) выпаливал:
"А он что у тебя, все это прочитал, да?" Абсолютное
дикое, стихийное, бесчувственное (к тем же повлюблявшимся чуть
позже мальчишкам) и безрефлексивное детство, спутанное тринадцатилетней
влюбленностью в учителя - само собой - русского и литературы,
только что выпущенного из питерского универа, несколько амбициозного,
но неуверенного в себе молодого человека, который к тому же
не выговаривал твердую "л". Я понимаю сейчас, что
он был, наверное, ужасный дурак, но записывалась дежурить на
третий этаж, самый грязный и трудный, потому что там была учительская
и на каждой перемене можно было увидеть его целых два раза.
Если повезет.
И в 15 лет я потребовала от родителей перевода в другую школу,
не осознавая еще, что это значит. Школу литературно- историческую,
на Васильевском острове. И это уже было - справа от моего дома.
И все сменилось, все сместилось, сдвинулось, и местом обитания
стал БДТ, Невский, дворец культуры Горького, где гастролировали
уважающие себя театры, кинотеатр "Москва" и "Casanova
di Fellini", видеосалон на Литейном, где была вся классика
и куплен был первый Кафка, и дневники, трагическая (как же без
этого?) дружба - взаимные мучения и разрывы, царскосельский
Лицей, Публичка, потом - сады, набережные, гранитные набережные,
сменившие деревянный трамвайный мост, по которому так здорово
было катить на велосипеде, и дом писателей (пульсирующая точка),
филармония и рок-концерты (тоже точки - здесь вот это и это,
а вот здесь - тогда - ...), дом на Ладожской и другой - там
же - по диагонали, маршрут троллейбуса, громыхающие по мосту
ночные трамваи, канал Грибоедова, - расширяющееся пространство
города, карта которого и есть - жизнь...
