Фольклор и постфольклор: структура, типология, семиотика

«Фольклорно-исторические» предания, составляющие значительный пласт устной истории, предоставляют исследователю народной картины мира богатейший материал для размышления над тем, как виделось нашим предкам географическое и политическое устройство окружающего мира, что было актуально и релевантно с точки зрения «истории места», а что проходило незамеченным. Особо привлекательными в рамках такого исследования оказываются материалы из регионов, волею судьбы оказавшихся на перекрестке культур. В восточнославянском мире в роли такого «культурного полигона», на котором сталкивались в военных конфликтах и сосуществовали в мирное время различные традиции, в течение нескольких веков выступали Подолия, глубинное Полесье и западные окраины Российской империи (белорусское Понеманье). На архивных и полевых материалов, свидетельствующих о рецепции народной памятью книжно-исторических сюжетов и раскрывающих механизмы функционирования «устной истории», рассматриваются следующие сюжетные комплексы:

1) Мифические великаны;

2) Воинственные противники;

3) Золото и клады.

Лекция 2. Мифологизация исторических персонажей в народных легендах и преданиях

Лекция посвящена одному из аспектов темы «фольклор и история», уже неоднократно привлекавшему внимание исследователей, а именно – отражению в народных легендах и преданиях сведений об исторических персонажах. Народные легенды, безусловно, не рисуют «биографический» портрет той или иной исторической личности; более того, под воздействием законов фольклорного повествования исторические персонажи приобретают фантастические качества, органично вписываясь в общую фольклорно-мифологическую картину мира. Как происходит трансформация исторических образов в фольклорном тексте, по каким законам фольклор включает исторические факты в свою художественную систему, с какими архетипическими образами соотносятся исторические персонажи? Представлены несколько фольклорных «портретов» исторических деятелей, оставивших след в народной памяти и «устной истории», – древнерусских князей, Петра I и Екатерины Великой, Наполеона. Лекция основана на материале, почерпнутом в первую очередь из архивных и полевых источников.

Другой аспект этой темы – народная топонимия и «устная история». На материалах, собранных в ходе Полесских этнолингвистических экспедиций, можно проследить, как топоним часто оказывается важным компонентом для реконструкции местной «устной истории» в ее народном прочтении. На примере аутентичных текстов, повествующих о происхождении местных названий, во-первых, демонстрируется значимость «топонимических» нарративов для повествовательной традиции региона, и, во-вторых, выявляются основные модели номинации и мотивации, бытующие в данной локальной традиции.

5. Краткая библиография по теме лекции/семинара

Белова О.В. Петербург в крестьянской культуре (город в народных легендах) // Образ Петербурга в мировой культуре. Материалы Межд. конференции (30 июня – 3 июля 2003 г.). СПб., 2003. С. 425–435.

Белова О.В. Пришельцы с Запада: «европейские» народы в восточнославянских легендах и топонимических преданиях // Миф Европы в литературе и культуре Польши и России. М., 2004. С. 85–96.

Белова О.В., Петрухин В.Я. «Невелыке царство було, а врэдливе...» История в свете народной этиологии // Славянский альманах 2000. М., 2001. С. 286–303.

Березович Е.Л. «Чужаки в зеркале фольклорной ремотивации топонимов // Живая старина. 2000. № 3. С. 2–5.

Криничная Н.А. Персонажи преданий: становление и эволюция образа. Л., 1988.

Петр Великий в преданиях, легендах, анекдотах, сказках, песнях. СПб., 2000.

Путилов Б.Н. Фольклор и народная культура. СПб., 1994.

Сендерович С. Георгий Победоносец в русской культуре. Berne, 1994.

Синдаловский Н.А. История Санкт-Петербурга в преданиях и легендах. СПб., 1997.

Синдаловский Н. Петербург в фольклоре. СПб.,1999.

Чистов К.В. Народные традиции и фольклор. Очерки теории. Л., 1986.

Материал размещен на сайте при поддержке гранта РФФИ №06-06-80-420a.