Хрестоматия

Мусульманские космогонические представления
в миниатюрной живописи сефевидского Ирана

ВСЕЛЕННАЯ В МИНИАТЮРЕ

Совершенство

Согласно мусульманскому учению мироздание представляет собой непрерывно воспроизводимую творческой энергией Аллаха иерархию ступеней бытия: сначала высших - духовных, а затем низших телесных. Человек выступает точной уменьшенной копией космоса - микрокосмом, содержащим всю полноту ступеней бытия, и тем самым процессы, протекающие в космосе и в психологии, оказываются по существу тождественными. Подобно мирозданию, человек рассматривается как иерархически упорядоченное единство, в котором низшие уровни управляются и воспитываются высшими: душа, ведающая чувственным восприятием, воображением и движением, управляется разумом; разум, "движущий тело к целенаправленным человеческим искусствам", - "духовным сердцем" [Избранные произведения мыслителей стран Ближнего и Среднего Востока IX-XIV вв. М., 1961, с. 528], способным созерцать сферу ноуменального. Эти представления о человеке и космосе дают ключ к пониманию средневекового профессионального самосознания.

Азиатское зодчество выступало как одна из сторон единой концепции творения, охватывающей все виды деятельности. Согласно этой концепции подлинная способность творить присуща лишь Аллаху, чье всеобъемлющее знание содержит общие идеи, или неизменные архетипы всех вещей. Человек в той или иной степени наделен пророческим даром и способен "духовным сердцем" воспринимать подобный свету поток общих идей, нисходящий из горнего мира, претворять его в душе "мире воображения" в череду доступных внутреннему зрению единичных идей-образов и, запечатлевая эти идеи-образы в материале, творить, создавать, в частности, архитектурное сооружение. Получается, что "творческий процесс слагается из двух фаз: перцептивной (восприятие идеи) и агентивной (создание вещи)" [Брагинский В.И. Учение о воплощении образа в слове в малайской классической литературе // Восточная поэтика. М., 1983, с. 64].

Если исходить из того, что средневековое творчество выступает не "типом волеизъявления, но типом познания" [Coomaraswamy A. Christian and Oriental Philosofi of Art. N.Y., 1956, p. 29], то становится понятным, что для зодчего в традиционном обществе постройки служат средством познания, выражением тех незыблемых истин, посредством которых он приобщается к изначальному творческому акту.

Традиционно созидательная деятельность ремесленника, художника, поэта и музыканта превращалась, таким образом, в некое таинство. Мир символов был посредствующим звеном между создаваемым художниками миром зримых чувственных форм и миром идеальным.

По мусульманским представлениям, символы - чувственные формы метафизической реальности вещей и существуют вне зависимости от того, осознаются они или нет. Мир символов отражает мир архетипов в чувственном феноменальном мире. Существуют универсальные и частные символы. Универсальные или природные символы рождаются как отражение самых общих природных процессов, они изначальны по отношению к человеку и потому как бы транскультурны. Симметрия и ритм составляют их основу. Познавая и подражая природе, человек создает геометрические формы с акцентированным центром и симметрией членений,

Подобно находящейся в центре мусульманского мира Каабе, центр любой изобразительной композиции одновременно разделяет и интегрирует в себе изображаемый мир [Шукуров Ш.М. “Шах-наме” и ранняя иллюстративная традиция (Текст и иллюстрация в системе иранской культуры XI-XIV вв. М., 1983, с. 106]. С этой точки зрения показательна смысловая дополнительность элементов симметрии в изобразительных сюжетах, композиция которых строится как модель мира: положительные образы (долины) располагаются справа от оси симметрии, а отрицательные - (горы) - слева. Центр же симметрии изображения отмечается посредством дерева, столба, тронной сцены, стоящего человека, то есть изобразительными вариантами универсальной космической оси. Выявление центра в симметрично развернутых изображениях традиционного искусства ислама воплощает известный принцип "множественности в едином". Разнообразие изобразительных форм находит свой порядок, свое конечное выражение в объединяющей их космической оси, которая соотносит эти формы посредством символов с миром архетипов [Шукуров Ш.М. “Шах-наме” и ранняя иллюстративная традиция (Текст и иллюстрация в системе иранской культуры XI-XIV вв. М., 1983, с. 107].

Смолина Н.И. Традиции симметрии в архитектуре. М., 1990, с. 203-204.