стр. 36
Павел Антокольский.
ВОЗВРАЩЕНИЕ.
1.
Слушал я детский твой голос,
Впутанный в звон проводов.
Помнил на площади голой
Золотом шитый подол.
Злыми свечами багримы
Доски и паддуг тряпье.
В зареве синего грима
Видел я сердце твое.
Помнишь: театра младого
Мрачно разобран чертог.
Помнишь: все дальше от дома
Музыки вел нас поток.
Помнишь: моя непогода, -
Только расплачешься ты, -
С лестницы черного хода
Свищет и рвет лоскуты.
Помнишь ли сумрак вагонный,
Призраки станций и почт?
Будешь ли ты Антигоной
Всем, кто ослеп в эту ночь?
2.
Я думал, что так начинается век,
Последний для нас - для обоих,
Что это - пустяк, и что я - человек,
А ты - как цветок на обоях.
Но в двадцатиградусный дикий мороз
Прожекторы сшиблись снопами,
И в город, где я задыхался и рос,
Твоя возвращается память.
стр. 37
На крыши, на пиршество туч погляди:
Все в мире, как ты приказала,
Все гибнет, осталась одна впереди
Громада пустого вокзала.
На воле по шпалам, по штабелям дров
Метелью взлелеянный лепет.
Там льется твое леденящее кровь
Тифозное великолепье.
Я имя твое берегу про запас:
Когда-нибудь может быть вспомнят.
Я все-таки вырвал, я все-таки спас
Тебя из безжалостных комнат.
Такая повадка у мглы снеговой,
Такая на юности маска,
Такая тоска, что я - все-таки твой -
И все-таки на-смерть истаскан.
(Ковш: Литературно-художественные альманахи / Ответственный редактор С. Семенов. Л. Гиз. 1925. Кн. 1)
![home](../images/forsite/home2.gif)